“Ранние фильмы Романа Полански” Вероника Хлебникова

«Нож в воде», «Отвращение» и «Тупик» за считаные годы превратили молодого польского режиссера в лидера европейского артхауса.

Во всех трех фильмах Полански решает похожие формальные задачи: изолирует героя или компанию персонажей от внешнего мира и смотрит, как далеко они зайдут. Режиссер признает, что на его творческом пути «Отвращение» было средством достижения цели, а целью был «Тупик». Но, и не зная этого, именно «Тупик» признаешь наиболее жизнеспособным примером его режиссерской одаренности.

Полански издевается над нравами и неприятными людскими типами, но упаковывает шарж и анекдот в саспенс и мистику. Убежденность обывателя в том, что все соседки ведьмы, нашла отражение в «Ребенке Розмари». Высмеивать беззаветный героизм Полански начал еще в «Бале вампиров», да так и не сумел остановиться вплоть до самого «Пианиста».

В автобиографии, названной им «Роман», Полански описывает, как он ребенком прошел, подобно Гарри Гудини, сквозь стены краковского гетто — в обе стороны. Схожим образом он прошел через интеллектуальные моды и политические движения — не затронутым ими. Он сумел не подорваться на фронтах сексуальной революции, где слыл дюжим бойцом, не был уличен в левацких замашках, свойственных артистическим натурам 60-х. Но и никогда не делал карьеру на неприязни к соцлагерю. Он никогда не слыл нонконформистом и возглавил жюри Каннского кинофестиваля ровно в тот год, когда Годар потребовал его закрыть. Сума, тюрьма, передозировка и прочие издержки демократических режимов также миновали Полански, хотя въезд в Соединенные Штаты ему долгое время был заказан из-за обвинения в растлении несовершеннолетней.

Для Полански существенно восприятие компромисса как основного двигателя человеческого существования. Именно компромисс является для него источником сюрреализма — компромисс, позволяющий уживаться в одной картине мира пасторскому воротничку, гниющим ослам и роялю. Сюрреалистический способ зрения, снискавший славу ранним фильмам Полански, можно во всех деталях изучить на DVD «Другого кино». Начальные титры «Отвращения» режут глаз, подобно бритве, рассекавшей роговицу в «Андалузском псе» Луиса Бунюэля.

Травматичную территорию неврозов современного европейца Полански обрабатывает дустом уже более полувека. А начинал вот с этих трех работ — безукоризненно элегантных и по-прежнему живых.

«НОЖ В ВОДЕ». 1962 год


Для съемок дебютного полнометражного фильма выпускник Лодзинской киношколы Роман Полански направился на Мазурские озера в восточную Пруссию. Три персонажа — вполне буржуазная по меркам тогдашней Польской Народной Республики супружеская пара и их случайный попутчик, молодой взьерошенный парень, — проводят уик-энд на частной яхте и буквально отрезаны водой. Хозяин яхты пытается прессовать парня, но тот себя в обиду не дает. Позиции двух снобов проверяются на прочность. В кадре появляется выкидной нож, угрожающе ходят тяжелые парусные реи, нарастает грозовой саспенс. Но, затеяв всю эту бурю, Полански придумывает неожиданную развязку.

Честертон написал о Диккенсе, что тот «не мог вынести, чтобы один человек смотрел свысока на другого». Полански, в дальнейшем экранизировавший «Оливера Твиста», похоже, тоже терпеть этого не может.

«ОТВРАЩЕНИЕ». 1965 год


Молодой польский эмигрант Роман Полански уже освоился в Лондоне. Теперь его камера следит за спящей на ходу красавицей из косметического салона и ходит с ней по городу заведенными маршрутами, постепенно проникаясь убожеством ее повседневной жизни. Но вот она шагнула в квартиру, заперлась на все замки и очнулась от рутины. Героиня юной Катрин Денев отдается на произвол галлюцинаций чуть ли не с энтузиазмом. Она впервые попадает в жуткий, но очень близкий ей мир, куда более близкий, чем дешевые забегаловки, провонявшие жареной рыбой с картошкой, и маникюр для старух. В этом мире стены выпрастывают мертвые руки, чтобы гладить ее, шнуры от ламп вьются, чтобы обнимать ее, шкафы распахивают дверцы, чтобы слиться с нею. Широкоугольный объектив объезжает долину теней, раскинувшуюся на пятачке лондонской квартиры между буфетом и подоконником. Роман Полански делает все, чтобы не дать заскучать девственнице в аду прикосновений. «Отвращение» до сих пор остается образцом удачного соединения киногения и патологии – союз, заключенный против нормы.

«ТУПИК». 1966 год

Здесь Полански, вроде бы, смешно стилизует гангстерский триллер. А в действительности — вольно философствует на темы свободы и насилия. На его таинственном острове, отрезанном от мира морским приливом, Вальтер Скотт когда-то писал «Роб Роя», а теперь счастливы только куры. Сокровищ нет и в помине, владелец острова — женоподобный романтик — никак не сладит с молодой женой. У романтика не стоит, все деньги ушли на покупку поместья, а единственный автомобиль вскоре раскокает добродушный увалень Дики с автоматом. У Дики — свои бандитские неприятности. А значит, скоро они начнутся у всех героев. Несмотря на весь пародийный комизм происходящего, ощущение вторжения чужой угнетающей воли поднимается, как прилив. Полански добился от своих актеров такого вживания в роли, что события фильма постепенно перешли на съемочную площадку. Сестричка Катрин Денев Франсуаза Дорлеак, сыгравшая взбалмошную жену героя, невзлюбила Лайонела Стэндера — Дики. И в одном из дублей Дики, как и положено бандиту, по-настоящему выпорол ее ремнем.

7 Comments

Leave a Reply

Your email address will not be published.

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

DEPESHA Russian Lifestyle Magazine © 2016. All Rights Reserved.

FOLLOW US ON