“Studio 54” by Eduard Limonov

Первое в моей жизни заведение диско называлось по-французски Le Jardin, то есть сад, и помещалось оно на 43-й улице вблизи Таймс-сквер в Нью-Йорке. Дискокультура тогда только зарождалась, это был 1975 год, и Le Jardin стал первым диско не только в моей жизни, но и в жизни Нью-Йорка.

Люди сидели там за столиками и спускались, если хотели, на dance-floor. Была там и артистическая программа, то есть это скорее было еще кабаре, но уже и диско. Там я увидел садомазохистский номер двух гомосексуалистов, одетых в черную ко-жу, точнее раздетых, но в черной коже. Один из них, поляк, разговаривал со мной целый вечер. Позднее он послужил мне прототипом для Оскара Худзински, профессионального садиста из романа «Палач», написанного в 1982 году.

 

Halston, Liza Minnelli, Storm Field and Party Guest. Photography by Andy Warhol.

 

Но диско-эпоха, конечно, началась не с Le Jardin, а со знаменитой Studio 54, переделанной, как это ясно из названия, из помещения для киносъемок на 54-й улице между Бродвеем и Восьмой авеню. Знаменитые спускающиеся с потолка, подобные мощным членам светящиеся колонны придавали помещению атмосферу научно-фантастического фильма. О том, что Studio 54 скоро откроется, заранее объявили журнал Энди Уорхола «Интервью» и все модные нью-йоркские издания. Studio 54 открылась наконец в 1976-м и оправдала все ожидания. Ибо стала штабом и местом сбора артистической и гламурной толпы, предметом вожделения равно миллиардеров, хулиганов из Гарлема, кинозвезд и драгдилеров.

 

Halston, Liza Minnelli and Steve Rubell. Photography by Andy Warhol.

 

 

Один из совладельцев Studio 54, бруклинский еврейский мальчик Стив Рубелл, оказалось, имел русские корни: его предки были евреи из России. Немногочисленная тогда русская колония в Нью-Йорке сумела быстро уяснить приязнь Стива к своим корням и пользовалась этой приязнью. Нас, русских, Стив запускал внутрь безотказно. Одной из первых дорогу в Studio 54 нашла моя модная экс (я только что с ней расстался) жена Елена, которая притащила туда и всех остальных. Фотографов Сашу Бородулина и Леню Лубеницкого, плейбоя Андрея Мейлунаса и еще десятки незапомнившихся мне русских молодых негодяев. Все мы появлялись там ближе к ночи. Картина выглядела следующим образом. Ночь. Яркая толпа на довольно запущенной прибродвейской темной улочке. Подъезжают дорогие лимузины, выгружая миллиардеров или драгдилеров с подружками и друзьями. У подъезда, даже если моросит дождь, стоит сам Стив Рубелл в красной пластиковой ширпотребной куртке и в кроссовках чуть ли не на босу ногу и осуществляет face control. Делать эту грязную и зябкую работу у него нет никакой необходимости, он стал богат, и штат охраны Studio велик.

 

Studio 54 Party Scene. Photography by Andy Warhol.

 

Но неуклонно, каждую ночь Стив топчется у входа в свое заведение из страстного желания удовлетворить свой комплекс величия, дабы загасить опять же свой комплекс неполноценности. Дело в том, что Стив – плебей, перекати-поле, сын эмигрантов-евреев, вознесенный гламурной волной на вершину ночной жизни. Он повелитель входа в созданный им (и его компаньоном, имени которого я уже не помню) Гламурный Рай. Все стремятся сюда: приезжие контессы из Франции и Англии, бедные и красивые потаскушки (может быть, встретится принц?), негры из Гарлема (вдруг на их тугие мышцы прыгнет контесса?). Что до драгдилеров, то они тщеславны и любят дружить с богатыми и красивыми. А вот Стив может всех их не пустить в Рай. Он стоит силуэтом, на фоне сияния, льющегося с Бродвея, за спиной его стелется сизо-розовый дым бродвейских огней, его окутывает мусорный запах ресторанных отходов, вываленных в мусорные баки. Три здоровенных блондина WASP’a (White, Anglo-Saxon, Protestant, то есть белый, англосаксонец, протестант) приближаются с дылдообразными красавицами-подружками. Стив загораживает им путь. «Вам у меня нечего делать. Здесь вам будет опасно. Я не могу гарантировать вам безопасность, – беззастенчиво лжет он, нагло улыбаясь и даже не потрудившись скрыть ложь. – Наконец, я вас просто не хочу видеть в моем заведении. Терпеть не могу WASPs».

 

Diane von Furstenberg. Photography by Andy Warhol.

 

Я слышу его речь и наблюдаю эту сцену. Мы приблизились – группа русских: бывшая жена Елена, балетный критик Генка Шмаков, прилетевший из Парижа художник Шемякин и даже мой тогдашний приятель – безработный Ян Евзлин. Вот мы уже стоим у металлических заграждений при входе в Studio. Щель входа прикрывает своей курткой Стив Рубелл. Он видит нас: «Хай, Элена!» – «Со мной друзья, – говорит Елена. – Вот artist-painter мистер Шемякин, он из Парижа…» Далее перечислять нас всех Елена уже не успевает – Стив освобождает вход и, улыбаясь, говорит: «Привет, boys and girls, проходите, я люблю русских. Желаю вам всем веселого времени в моем заведении». Мы проходим. Я думаю, он чувствовал с нами солидарность изгоев. И что его солидарность была сродни солидарности оппозиционных партий, сплотившихся против правительства и власти. Его face control заключался в отборе своих, но для него своими были изгои, эмигранты, черные хулиганы, а среди миллиардеров он отдавал предпочтение азиатам, евреям и иностранцам.

 

Andy Warhol and Halston inside Studio 54

 

«WASP» для него было ругательством. А между тем именно белые люди англосаксонского присхождения, протестанты по вере, и создали Соединенные Штаты Америки и долгое время, вплоть до 20-х годов ХХ века, были полными хозяевами страны. Даже близкие итальянцы и ирландцы считались, в сравнении с WASPs, – эмигрантами, людьми второго сорта. И вот в 1976 году еврейский мальчик Стив Рубелл не пускал людей первого сорта в свой модный вертеп. У него был свой образ мира – зеркально перевернутый. А в Studio 54 пахло марихуаной и духами, потому что кокаин, как известно, не пахнет. Там, шерочка с машерочкой, плясали негры в трусах и простонародные девки в лифчиках. Там спускались с потолка светящиеся фаллосы и орала музыка из модного кинофильма «Saturday Night Fewer», где главную роль играл юный тоненький итальянец Джон Траволта. Он носил белый костюм и черную рубашку. Точно такие же костюм и рубашка были на мне в те ночи. Я купил их на деньги, заработанные тяжелым трудом грузчика. И вот мы лихо отплясывали там, со случайными партнерами, я – грузчик и безработный Ян Евзлин. А Стив Рубелл охранял нас у входа, в кроссовках и засаленной красной куртке из пластика. Тогда мир еще не знал о СПИДе, а потому, помимо солидарности изгоев и эмигрантов, в Studio 54 можно было найти обильный бесплатный секс всех видов.

 

Studio 54 Party Scene. Photography by Andy Warhol.

 

Эдуард Лимонов

7 Comments

Leave a Reply

Your email address will not be published.

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

DEPESHA Russian Lifestyle Magazine © 2016. All Rights Reserved.

FOLLOW US ON