Чтобы полностью погрузить зрителей в собственную пьесу и сохранить законы театрального жанра XVII века, Татьяна Парфёнова предложила неожиданный ход: предоставить женственным, но всё-таки мужчинам возможность продефилировать в её новой, по-шекспировски богатой и талантливой коллекции «Двенадцатая ночь».

Неизвестно, как отнёсся бы сам английским драматург к подобным «аранжировкам» его произведений, но петербургская публика, увидевшая показ в рамках Aurora Fashion Week, приняла идею благосклонно. Достаточно того, что «Двенадцатая ночь» в расписании была поставлена после полуночи, однако это не смутило эстетов от моды, желавших своими глазами увидеть новый гардеробный спектакль от Парфёновой.

Почему за основу взята именно эта пьеса? Ведь среднему зрителю знакомы, скорее, трагические Ромео с Джульеттой, ревнивый Отелло или вечный философ Гамлет. Всё просто: в первоисточинке герои тоже показывают фокусы с переодеванием и примеряют на себя новые гендерные роли, а зрители периодически путаются, кто же перед ними: брат или сестра?

Парфёнова, опираясь на классика, предложила абстрагироваться от стереотипов. Её нежные юноши, все, как один, в тонким девичьих ободках, правдоподобно и убедительно представляли созданные для женщин наряды. Основа коллекции, по словам дизайнера, — английский костюм. Заметьте, без пояснений, костюм этот женский или мужской.

Классический английский костюм — это, конечно, ансамбль. Именно его Парфёнова определила основным  трендом ближайшего сезона. В изобилии присутствовали уютные твидовые брюки и юбки, выполненные из одной ткани с верхом, мягкий драп, шерсть, кашемир — видимо,  здесь работала логика: всё, что было хорошо в пасмурной Англии, подойдёт и Петербургу. Чтобы визуально оживить костюм, добавили декоративную составляющую: искусная вышивка ручной работы перекликалась с кружевами, лентами, шифоном. Ещё более нежным, мягким и отчасти вальяжным общий образ делали шёлк и бархат.

Буйства цвета в этот раз не было, хотя Парфёнова — признанный мастер игры с оттенками и переходами. Аппликаций и дополнительных рисунков тоже. Видимо, фокус коллекции пришёлся на главную идею и желание оригинально её донести. На подиуме, представленная мужчинами, коллекция смотрелась в меру эпатажно и оригинально. Но сохранит ли она эти качества, вернувшись на женские вешалки в шоуруме на Невском проспекте?

Анастасия Богарне

Коллекция, представленная на Aurora Fashion Week, носила загадочное название «Блуждающая в темноте». До начала представления было непонятно, как трактовать поиски героини: заблудилась ли она в бессмысленности собственной жизни, не нашла источник света, озаряющий существование, или просто растерялась в наступивших сумерках?

Появившиеся замедленные простоволосые девушки, сомнамбулически двигавшиеся по подиуму с закрытыми глазами, позволили считывать послание автора, кому как ближе: экзистенциально или фактически.

Кукольные накладные ресницы, мешающие видеть, руки, спрятанные в гипердлинных тонких рукавах платьев, пытающиеся на ощупь определить верное направление, босые ступни, чувствующие поверхность, по которой идут, свободные балахоны до земли, напоминающие о заседаниях тайных обществ и членах масонских лож, — каждый из элементов коллекции добавлял мистики и запутанности.

В цветах преобладала сдержанность, если не сказать, мрачность: чёрные пальто и чёрные платья в духе Мортишы Адамс, серые кружевные блузки свободного кроя и опять же чёрные газовые платки. Мелькнувший горчичный цвет длинного бесформенного платья был похож на отблеск затухающей свечи, которую вот-вот поглотит беспросветная тьма.

От романтического и настроенного на позитив Арнгольдта странно было увидеть в этот раз коллекцию, полную образов noir и целиком выдержанную в стиле фэшн-готики, без намёка на приближающийся рассвет. Сложно выделить центральные элементы показа, сложно структурировать его и разбить на сюжет и подсюжеты. Блуждающие девушки выглядели, скорее, заблудившимися и потерявшимися. Их хотелось взять за руку и подвести к свету. И немножечко встряхнуть от дурманящего сна.

Анастасия Богарне

Simon Ungless, Sarah Burton, Dr. Elisa Stephens, Philip Treacy, and Gladys Perint Palmer. Photo Courtesy of Randy Brooke.

Почётными гостями мероприятия стали Филлип Трейси, признанный маэстро шляпочных дел, чьи творения украшают самые модные головы этой планеты, включая венценосные, и Сара Бартон, креативный директор марки Alexander McQueen и бывшая студентка Симона Англесса, AAU’s school fashion director. Именно Англесс в своё время заметил яркий талант будущей зведы и предложил ей стажировку у молодого МакКуина, что положило начало не только их дружбе, но и стремительной карьере Бартон.

Simon Ungless, Director of the School of Fashion, Sarah Burton of Alexander McQueen, and Dr. Elisa Stephens, President of Academy of Art University. Photo Courtesy of Randy Brooke.

Сейчас Сара Бартон — воплощение креативности и духа модного дома. Коллекция за коллекцией она доказывает, что вдохновение и идеи для успешного показа можно черпать, где угодно: в телепередачах, событиях мира, культурах других стран. «Я росла с пятью братьями и сёстрами. Каждое воскресенье мать отводила нас в музеи, чтобы хоть немного отдохнуть. Сейчас я очень благодарна ей за это, именно те воскресные походы пробудили во мне интерес к окружающему миру», — поделилась своим детским опытом обаятельная Бартон.

Sarah Burton, Creative Director of Alexander McQueen at the Academy of Art University Fashion Luncheon. Photo Courtesy of Randy Brooke.

Milliner Philip Treacy at Academy of Art University Fashion Luncheon. Photo Courtesy of Randy Brooke.

Одни из самых влиятельных британцев в индустрии моды в общении оказались простыми, искренними и располагающими к себе. Лёгкий мастер-класс по созданию шляп, который Трейси провёл, используя практически подручные материалы, был больше похож на шутливое кулинарное шоу, где собрав понемногу из доступных ингредиентов, шеф-повар легко и играючи создал гастрономический шедевр. Трейси демонстрировал умение из ничего, а точнее, из перьев, проволоки и шифоновых лент, сотворить шляпку-облако, которая с успехом могла бы стать почётной гостьей на королевской свадьбе. По ходу мастер-класса он давал комментарии и рассказывал о своей карьере и любви к шляпам.

Philip Treacy's Hat Demonstration Master-Class at the Academy of Art University in San Francisco. Photo Courtesy of Randy Brooke.

«Я стал дизайнером шляп, потому что шляпы — это особое направление в моде. Вы обязаны носить обувь и одежду, но выбор головного убора — это уже свобода вашего волеизъявления. У всех у нас есть головы, а, значит, и потенциал, чтобы пользоваться шляпами. Из обязательного аксессуара они уже давно превратились в вызов и протест. И я делаю шляпы для тех, кто готов к модным восстаниям».

Flore Morton, Styling Coordinator (left) and Jayne Seward, Fashion Editor at Apparel News (right) reviewing student portfolio. Photo Courtesy of Randy Brooke.

Конечно, несмотря на насыщенную культурную программу, интервью, роскошные ланчи, индивидуальные десерты для почётных гостей и общую атмосферу праздника, в первую очередь, это событие — важная часть работы. Два с небольшим десятка выпускников представили свои дипломные портфолио в надежде получить гранты и быть замеченными экспертами. Не секрет, что для талантливого начинающего модельера Graduation Fashion Show может стать настоящей путёвкой в жизнь. На собственных примерах это уже доказывали Джон Гальяно и Хуссейн Чалаян, чьи дипломные коллекции в своё время получили высокую оценку критиков и послужили хорошим стартом.

Stephan Rabimov, Publisher of DEPESHA, reviewing styling student portfolios. Photo Courtesy of Randy Brooke.

В этом году выпускниками академии стало 24 студента. Среди интернационального выпуска были не только американцы, но и уроженцы Китая, Южной Кореи, Бразилии, Мексики, Вьетнама, Тайваня, Японии. Строгие эксперты, среди которых были Сара Бартон и главный редактор DEPESHA Стефан Рабимов, придирчиво и взыскательно изучали портфолио студентов, выбирая тех, с кем будут сотрудничать. Примечательно, что финальный выбор DEPESHA совпал с  мнением Сары Бартон, представляющей Alexander McQueen. Независимо друг от друга оба эксперта остановились на работах Марии А. Ромеро.

Student Maria Romero, Simon Ungless, and Sarah Burton. Photo Courtesy of Randy Brooke.

Родом из Калифорнии, девушка выросла в Мексике и, возможно, этот опыт определил выбор темы для финального шоу. Главным мотивом стали её воспоминания детства, связанные с традиционными рождественскими сладостями, — Dulces de Reliquias. В коллекции были воспроизведены цвета и фактуры, ассоциировавшиеся с ними. Доминировал, конечно, розовый, как цвет детства и беспечности, встречавшийся в воздушных и лёгких шёлке, органзе, тюле и тафте. В отличие от остальных представленных коллекций, новаторский запоминающийся показ Ромеро был сделан при сотрудничестве со студентами из Школы Анимации и Визуальных эффектов, оживившими шоу. Одежду представляли не люди, а гигантские куклы, уже сами по себе производившие яркое впечатление.

Maria Romero's Miniature Dolls Graduate Fashion Collection Film in collaboration with Animation & Visual Production Department students. Photo Courtesy of Randy Brooke.

One of hand-made Maria Romero's fashion dolls

Ещё одним выпускником, обратившим на себя внимание DEPESHA, стала китаянка Zhangchi Wang, закончившая бакалавриат по дизайну. Источником вдохновения для её монохромной сдержанной коллекции послужила скульптура The Dream of China контемпорари художника Wang Jin, расшитую при помощи рыболовной лески. Для соединениея различных деталей одежды, модельер задействовала шерстяную нить, используя её, как метафору, отсылающую к китайскому народному творчеству резьбы по камню.

Zhangchi Wang 2012 Graduate Collection. Photo Courtesy of Randy Brooke.

Мексиканец Антонио Луна, получивший в 2009 году президентскую стипендию, представил мужской взгляд на моду, отталкиваясь в брутальной и жёсткой коллекции от винтажных униформ полицейских и военных. Само собой, в ней преобладали такие маскулинные материалы, как брезент и кожа, несколько смягчённые шерстью и хлопком.

Antonio Luna 2012 Graduate Collection. Photo Courtesy of Randy Brooke.

Ближайшие сезоны покажут, смогут ли выпускники академии подтвердить кредит доверия, выданный им всемирным банком моды. В любом случае, приток свежих сил (чуть не сказала, свежей крови) всегда знаменуется новыми тенденциями, поиском нетривиальных решений и ясным взглядом на происходящее . А это именно то, чего мы ждём от начинающих дизайнеров.

Evgeny Mokhorev. Untitled (010-1), 2004. Courtesy of the Nailya Alexander Gallery, New York.

This is the third solo show Stateside for the artist and it features twenty five gelatin silver prints over the period of almost twenty years (1991- 2010). Mokhorev’s work often draws ire from moralists who fail to see beyond the taboo surface of (pre)pubescent nudity.  Void of eroticism, these photographs are at times reminiscent of the Ralph Eugene Meatyard oeuvre: spaces in stages of ruin, macabre masks, ever-momentary struggle of life and death caught in the vanishing lines and lingering light. Both photographers used the privilege of access to children in the natural habitat of kid dreamscapes to reveal isolation and disillusionment of their respective generations: post-War and Vietnam-era Americas and post-Soviet Russia. It is this alchemy that aligns their otherwise diverse creative trajectories.

Ralph Eugene Meatyard. Untitled (Boy with Flag), from "Portfolio Three: the Work of Ralph Eugene Meatyard" 1959

In regards to the perils of childhood and the conceit of parental dreams, Gibran too remarked: “You may house their bodies but not their souls / For their souls dwell in the house of tomorrow / which you cannot visit, not even in your dreams.” Yet Mokhorev, a candid guide, takes his audience on an enlightening if brief tour of that forbidden territory.

Evgeny Mokhorev. Untitled (Tolya, Ivan and Valya), 2004. Courtesy of the Nailya Alexander Gallery, New York.

The exhibition will run from through June 9, 2012 at the Fuller Building, 41 East 57^th Street, Suite 704. Gallery Hours are 11am – 6pm Tuesday through Saturday or by appointment.

Alexey Timbul

The Pearl. Courtesy of BFI.

С 4 по 13 мая в нью-йоркском Музее Движущихся образов (Museum of the Moving Image) в рамках третьего фестиваля Моды в кинематографе проходит выставка «Если бы взглядом могли убивать».

Desire. Courtesy of BFI.

В этот раз лейтмотивом фестиваля стала взаимосвязь  моды и преступлений в кино. Детективы, одетые с иголочки, обаятельные воровки в длинных перчатках и с лентами жемчуг, нью-йоркские гангстеры, демонстрирующие тонкий вкус в одежде, — эти персонажи станут объектом исследования и пристального внимания зрителей.

Ms 45. Courtesy of the Cinema Museum.

Благодаря таланту костюмеров и дизайнеров, работавших над созданием образов, такие обличительные черты современного общества, как коррупция, воровство, убийства, бутлегерство, возведение подпольных империй на фундаменте предательства и обмана становятся едва ли не привлекательными, настолько сами коррупционеры, воры, убийцы и бутлегеры выглядят презентабельно и вызывают желание подражать их безупречным манерам, носить такие же идеальные шёлковые галстуки, пошитые на заказ ботинки, костюмы ручной работы, изысканные шляпки и элегантные платья.

Boardwalk Empire

Стилисты, работавшие с актёрами, благодаря тонкому чутью жанровых различий сумели в своё время образно разграничить детектив, саспенс, триллер, хоррор и фильм нуар. В каждом жанре создавались собственные законы визажа, причёсок, одежды. Современные дизайнеры, используя их накопленный опыт, не раз вдохновлялись темой харизматических преступников. Сценическим образом Марлен Дитрих в фильме Desire 1936 года вдохновлялась Donna Karan. Jil Sander создавал коллекции, аппелируя к Хичкоковскому Marnie 1964 года.

American Gigolo

В рамках фестиваля будут транслироваться отрывки из фильмов American Gigolo, Mildred Pierce, The Pearl и Asphalt, немецкая кинолента 1929 года в духе экспрессионизма. Также планируется встреча с костюмерами современных сериалов «Клан Сопрано» и «Подпольная империя».

The Tenth Victim. Courtesy of BFI.

Для музея Движущихся образов и фестиваля Моды в кинематографе, организованного лондонскими Central Saint Martins college of Art and Design, London College of Fashion и University of the Arts выставка «Если бы взглядом могли убивать» станет третьим совместным проектом.

Mildred Pierce

Анастасия Богарне

The film is divided into 8 parts (the maximum number of times paper can be folded) and explores the physical and metaphysical properties and potentials of paper.  Paper is the starting point for all of the artists.

The costume, designed by Cabinet of Curiosity using origami techniques, is made out of paper, all of the visuals are filmed events or animations derived from paper and Alessandro’s music is composed using sounds of paper.

The performer artist, Nina Fog, plays a creature born from paper who constantly transforms herself, reinventing her corporeality: “With Folded I am exploring the sensations of being written upon (by sound, image, costume, space); being invented and – at the same time – being erased. The constant cycle of living and dying makes me only a momentary creature in a fragment of time – I aim to be in the pure of state of existing from moment to moment”.

Coproduction: SDNA (UK) + TiconZero (Italy)
Concept, direction and video design: Valentina Floris, Ben Foot
Music: Alessandro Olla
Performer: Nina Fog
Costumes: Cabinet of Curiosity
Associate Graphic Artists: Chris Singer and Nazir Tabuli

Director: Francisco j. Paparella
Production: Ernesto Vargas
Style: Nayeli de Alba
Beauty: Georgina Prieto
Model: Leda Artavia at PARAGON
Music: momo

Directed by Jason Kibbler. Music by The La De Da’s.

Behind the scenes:

В новой коллекции марки Pirosmani с названием-подсказкой Magus представлена, скорее, инверсия: в мистическую и образную  канву вплетены детали привычной и понятной обыденности. Впрочем,  понятны они лишь в своих условных названиях: «шляпа», «сапоги», «платье». Начинаешь изучать представленные образы, и мнимая их ясность ускользает из рук, как ловкий зверь.

Дизайнер Евгения Малыгина предпочитает никак не объяснять фантастические связи между элементами своих коллекций, искажая привычные силуэты и представляя альтернативную точку зрения на одежду. Она фактически оставляет зрителя наедине с творениями, предлагая каждому самому разобраться в своих ощущениях и ассоциациях. Загадочные и недосказанные фильмы Тарковского? Мрачные мысли о грядущем армагеддоне в духе триерской обречённой Меланхолии? Личная ответственность за свои действия и пресловутая спорная свобода воли? Каждый решает для себя сам.

В случае с Pirosmani бывает порой чертовски трудно удержаться от спасительных параллелей, настолько эта одежда вне социальных координат и вне привычной системы. Её хочется упорядочить, проанализировать, понять, в конце концов. То есть, сделать всё то, что ей изначально противопоказно.

Отрекаясь от цвета, оставляя фоновый серый: песчано-серый, асфальтово-серый, грязно-серый, болотно-серый и приглушённо-серый, — модельер сосредотачивает внимание на сложной архитектонике кроя и взаимодействии фактур. От постоянного смешения многочисленных деталей сенсорного восприятия:  тонкого, немного шершавого шёлка, гладкой, возможно, прохладной кожи, мягкого фетра остаются уже не зрительные, а фантомно тактильные ощущения. Эту коллекцию в прямом смысле слова чувствуешь и осязаешь.

Те, кто в Magus хочет дойти до самой сути, неизбежно будут сталкиваться с загадками на каждом шагу. Общий силуэт коллекции спрятан надёжнее, чем та иголка, что в яйце, которое в утке, которая в зайце: рукава Малыгина беспощадно удлинила, витиеватый крой плащей-палаток и пальто стал практически многоэтажным и многоступенчатым, даже лица наполовину скрыты под широкополыми чёрными шляпами.

В контексте Pirosmani никто давно уже не говорит о функциональности или носибельности. Открыто объявив концепцию показа, как арт-действия, моделей и одежды, как арт-объектов, Малыгина с каждым последующим разом всё больше в неё углубляется. В этот раз на подиуме раскрывалась философия мрачного экзистенциализма, выносить который возможно, лишь прибегая к спасительному эскапизму и прячась за вымышленными границами из тканей, складок и ложных поворотов сюжета-материи.

Text: Анастасия Богарне
Photographer: Pavel Birukov
Stylist: Egor Nudgin
Makeup: Elena Solovieva
Hair: Rufad Ahundov
Models: Eleonora Barabanova & Solomon Tega (Select Deluxe model management)

Это похоже на популярную светскую игру. “С кем из живущих или исторических персонажей вы бы хотели провести вечер?” За коктейлями гости сверяют кандидатов. Юмор приобретает интеллектуальный шарм. Кто-то непременно упоминает имена богов всуе. Кураторы Metropolitan Museum of Art решились пойти ва-банк, устроив именно такую “невозможную встречу” и пригласив в гости всех желающих. С 10 мая по 19 августа в Нью-Йорке пройдёт выставка “Elsa Schiaparelli and Miuccia Prada: Impossible Conversations on Fashion”.

Это логическое продолжение музейного тренда выставок-блокбастеров Alexander McQueen и Jean-Paul Gautier. В пространстве семи залов Эльза Скиапарелии и Миуччиа Прада будут вести воображаемый диалог о политике, искусстве и, конечно, самой моде посредством уникальной подборки вещей, аксессуаров, архивных фотографий и записей. С одной стороны, они находятся в разных измерениях: сюрреализм и постмодернизм. С другой, они исследуют схожие культурные пласты своих эпох. Обе однозначно являются эталонами независимого творчества.

12►

Тотальный образ моды как всепроникающего искусства предстанет в мозаике вдохновений, цитат, восприятий и методологии работы двух дизайнеров. От каблуков до шляп, здесь учтено всё: религия, эрос, милитаризм, Восток… Более захватывающее зрелище сложно представить. Точнее, оставим эту задачу амбициозным кураторам.

Homo Consommatus F/W 2012-13

Вслед за средневековыми мыслителями и титанами Возрождения, немецкими классическими философами и французскими теоретиками искусства к парадигме мимесиса обращается создатель марки Homo Consommatus Алексей Сорокин. Сорокину мало просто создавать  одежду, его Человек Потребляющий продолжает постигать мир через постоянную рефлексию и анализ всех происходящих событий. В этот раз, отдавая дань философии упаковки, в которую обёрнут каждый член общества, Сорокин обратился напрямую к природе и примерам её работы с символикой внешнего вида.

Коллекция Acherontia Atropos, представленная на Aurora Fashion Week, полностью выстроена на образе бабочки. Бабочки, как конкретного представителя царства насекомых, знакомого нам по «Молчанию ягнят» бражника мёртвая голова со зловещим рисунком, напоминающим череп. Бабочки, как первичной метафоры преображения и трансформации: от куколки в крылатую красавицу, из неподвижного кокона — к познанной свободе полёта. Бабочки, как простейшего символа души, лёгкой, хрупкой и неуловимой.

Интерес к показу у зрителей был сформирован заранее: Сорокин сыграл на слабостях человеческой натуры, сделал ставку на любопытство. Представив в анонсе лишь изображение самой бабочки, он стопроцентным попаданием заставил зрителей заранее фантазировать, что же мы увидим: яркие расцветки, прицепные крылья, шляпки-антенны? В любом случае, вряд ли чьи-то попытки угадать увенчались успехом.

Homo Consommatus F/W 2012-13

Всё в этой коллекции подчиняется законам выживания в природе. Всё подражает. И всё становится настоящим искусством мимесиса. Массивные съёмные рукава из меха лисы, енота и яка отпугивают возможных хищников. Пальто и юбки в форме эллипса визуально кажутся больше и весомее, раздуваясь и скрывая худенькие тела моделей. Чёрные шёлковые блузы и платья-тюльпаны угрожающе переливаются, готовясь в случае необходимости атаковать первыми. Громоздкие ботильоны на танкетке, зрительно продлевающие ноги, благодаря съёмным аксессуарам, способны трансформироваться в более лёгкую и удобную обувь.

Homo Consommatus F/W 2012-13

Кропотливо работая над коллекцией, создавая элемент за элементом, продумывая каждую аппликацию и линию, дизайнер позаботился и о дополнительном антураже: модели появлялись из прозрачных коконов, установленных на подиуме, строго следуя предустановленным законам природы, а не фэшн-жанра.

Homo Consommatus F/W 2012-13

В этот раз модельер-философ развивал свою мысль в русле законов видимости и приёмах обмана: слишком беззащитны иначе были бы его творения. Обмануть, чтобы выжить. Смутить, но не выдать свою истинную природу. Показаться опасным хищником, будучи жертвой. Запутать, смешать реальность и выдумку, суметь обустроиться в повседневности и, через это, спастись.

Анастасия Богарне

Определение «джазовая» довольно условно: каждый раз, выходя на сцену, Катамадзе привносит в свои песни и манеру исполнения что-то новое, выходя далеко за строгие рамки определённых направлений и стилей.

По другую сторону океана Катамадзе будет выступать впервые. Дебют исполнительницы и её группы Insignt в США состоится в Нью-Йорке, 11 мая, в Town Hall. Невольно по-хорошему завидуешь зрителям, у которых наслаждение первой встречи с певицей и знакомство с её талантом ещё впереди. На концерте прозвучат ставшие хитами песни из старого репертуара Катамадзе, а также некоторые произведения с нового альбома «Green».

Героини последней коллекции Лены Васильевой похожи на Каренину, только что вышедшую из купе, — красивую, недоступную, далёкую и желанную. И ими также невольно любуешься. И дело не только в приметах высшего света той эпохи: элегантных соболиных муфтах, шляпках-таблетках с вуалью и благородном крое строгих платьев. Муфты могли напомнить и чеховскую Даму с собачкой, и даже Скарлетт О’Хара, ещё капризную и поверхностную.

Lena Vasilyeva F/W 2012-13

Дело в том, что развитие логики показа до определённого момента похоже на толстовское: флирт и увлечение набирают обороты. Постепенно героиня становится всё смелее и увереннее, всё более дерзко пробует на прочность мужскую силу воли, всё больше себе позволяет, всё меньше сопротивляется, забывая или намеренно отрицая условности общества. За сдержанными кофейными платьями с деловыми трапециевидными вырезами, глухими кожаными топами без декольте, максимально удлинёнными тяжёлыми серыми юбками колоколом неожиданно — она решилась — следуют кружевные блузы и skinny-брюки, оголяющие бёдра, фактурные тонкие пальто, открывающие в разрезе живот.

Lena Vasilyeva F/W 2012-13

Руки ещё скрываются под муфтой, волосы ещё гладко  и аккуратно приглажены, но внутренне эта женщина уже готова — к запретному удовольствию и чувственному наслаждению. Она уже не сомневается, что приманка сработала. Она уже не боится открыть свои чувства и озвучить самые горячие желания. Уже — всё можно и всё допустимо. Уже хочется не завлекать, а быть любимой.

Lena Vasilyeva F/W 2012-13

Финалом — не протокольным, с выходом невесты, а смысловым, финалом какой бы то ни было борьбы и сомнений, можно считать облегающее ажурное платье цвета загорелого тела, другое, модельное, тело почти не скрывающее. Оно не служит в роли одежды, оно становится признанием: «я — твоя».

12►

В романе именно это признание стало тяготить Вронского, постепенно утратившего интерес и удовлетворившего любопытство. В женственной, нежной и цельной коллекции Лены Васильевой за этим платьем следует продолжение, и нет ни намёка на драму. Мы продолжаем любоваться, мы невольно оборачиваемся вслед.

Анастасия Богарне

Designer Leonid Alexeev

В рамках Aurora Fashion Week Russia 2012 модельер представил полноценную коллекцию, охватив оба гендерных лагеря: мужской и женский. В этот раз их перемирие, если не союз, были очевидны. Помните, у Булгакова: «Во-первых, вы — мужчина или женщина? — Какая разница, товарищ?». Прямые пальто-шинели на одной пуговице, выросшие, казалось, прямиком из пиджаков, запросто могли скрывать и мужские торсы, хотя предназначались для женских тел. Строгие брючные костюмы с ассиметричным кроем пиджака знать не знали о таких понятиях, как «соблазнение» или «флирт».

Длинная цветная бахрома, напоминающая одновременно нежное оперение колибри и излюбленные рокерами брутальные кожанки, одинаково смело появлялась и на женских однотонных платьях, и в вырезах на коленях мужских брюк. Она создавала объём и самостоятельно выравнивала силуэт, подчиняясь законам элементарной физики и являясь той энергией, которая придаёт импульс телу в статике.

Другими примерами движения и развития стали кремовое платье со шлейфом, тонкая оранжевая блуза и чёрная плиссированная юбка. Разные по жанру и функциям,  эти три элемента коллекции демонстрировали не только работу классических законов динамики в действии, но и дополнительную красоту вещей от Алексеева, которые хороши и сами по себе,  на вешалке или манекене, и вписанные в рабочий ритм жизни тех, кто будет их носить.

И немного о роли секса. Начинает казаться, что без него в нашей публичной жизни уже ничего не происходит: он вопит с глянцевых обложек, льётся из музыкальных клипов и требует к себе внимания даже на деловых переговорах. А что у Алексеева? Тишина. С одной стороны, подчёркнуто лишённые пола, словно ещё не заслужившие его, как безвольные псевдоптицы губру из романов Брина, они ни в коем случае не ставят сексуальную привлекательность своим ориентиром. Словно и не слышали о ней. С другой, именно в момент отказа от секса и освобождения от него, эти модели обретают свою привлекательность. Ведь именно женщину, говорящую: «Секс меня не интересует» хочется покорить.

Анастасия Богарне

DEPESHA presents: THOM BROWNE F/W 2012 at AURORA FASHION WEEK RUSSIA in St. Petersburg.